Previous Entry Share Next Entry
Серия «Друзья»
morrigath
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ – АННИЧКА

Её все так называют. Ник-нейм в ЖЖ, перекочевавший в реальность, а, затем, в телефонную книгу. Намедни тут вспоминали первую встречу, так вот, она не помнит ее напрочь. Ей кажется, что мы сразу сблизились и начали бахаться в десны.

Ага. Конечно.

Правда в том, что она слишком снобка и мизантроп, чтобы вообще с кем-то лично встречаться. И в нашу первую встречу она была нервной Лилей Брик в шляпке с вуалью, вампирскими губами и запястьями толщиной с гулькин хуй. Нервной, театральной и очень недоступной…

Посмотрела на меня, приподняв брови – Вика, оукей, Вика… Whatever… Мне сразу показалась чудовищно неприятной, крикливой, вычурной особой, к которой на сраной козе не подъедешь…
Не та, с которой захочешь встречаться во второй раз.



А потом вдруг, неожиданно - узнавание, близость до боли, всё такое.
Её дом, в котором, несмотря на беспорядок, чувствуешь, вспоминаешь, ощущаешь кишками, костями – тонко, неуловимо, что вот, сейчас, ты вернешься в свои пять лет, когда все было родное, с родными, отдавало теплом в животе, и не требовало ничего… Общие секретики, запахи, движения, всё, что до слов, до всей этой социальной чепухи…

Ты. Я. Смотри, какие у меня ранки. И у меня такие же. Надо же. Ахуеть.



Странно. Ни в какой реальности мы не смогли бы даже встретиться, не то, что стать близки…

Говорит, что смеется со мной, как ни с кем. Странно, учитывая, что я достаточно агрессивный и злой человек. А ей, вот, смешно.

Она сервирует стол салфетками в кольцах и печет для меня капустный пирог. И разговаривает со мной всегда нежным голосом, который, как я понимаю, больше привык посылать нахуй и жечь напалмом всё живое.
С ней невероятно интересно.



Хотя, сам стиль её существования, привычки, манера говорить, писать, осознавать себя в пространстве – всё чужое мне. Прям вот, как антропологическое исследование... И – одновременно – магическая близость, слияние на каком-то высшем уровне, где даже слова лишние. Не умею правильно сказать, всё куцее какое-то.

Но она – один из немногих людей, с которыми у меня случаются мистические прозрения.

Она – человек-рейв. На разрыв. Без оглядки. До конца. Очень смелая. Очень странная.

Мой кармический подарок. Человек-Тарантино.



Не могу припомнить, с кем еще я могу стоять на Чистопрудном бульваре и голосить спьяну русские народные песни... Или ограбить банк. Или сесть в садхану в Гималаях.

Легко.

  • 1
спасибо вам за тёплые слова, она прекрасна

  • 1
?

Log in